Сиэтл - ворота на Клондайк

 

Сиэтл по праву считается сегодня экономическим и культурным центром Северо-Запада США, одним из самых удобных для жизни городов мира. А берет он свое начало с середины 19-го века, с маленькой деревушки из бревенчатых хижин.

Набирая силы, Сиэтл, подобно другим американским городам, не раз переживал тяжёлые времена. Самой драматической была, пожалуй, депрессия 1890-х годов. Обанкротились многие национальные банки и железнодорожные компании. Было приостановлено главное промышленное производство региона – паровая лесопилка, что повлекло массовое увольнение лесорубов. Воцарилась всеобщая паника. Пытающиеся выжить бизнесмены ходили на работу пешком, чтобы не тратить денег на проезд. Многие ночевали в своих офисах, поскольку нечем было платить за наем жилья. Те, кто совсем не был без средств на жизнь, спасаясь от голодной смерти, вынуждены были ловить рыбу и собирать моллюски в прибрежном песке. Дни тянулись одинаково безотрадно.

Утешительные новости поступали лишь от золотоискателей, появлявшихся в городе. Они рассказывали о недавно обнаруженном золоте на Клондайке, притоке реки Юкон в канадской части Аляски. Кое-кто из жителей Сиэтла безрассудно кинулся попытать счастья на приисках. Но для здравомыслящего большинства населения Аляска была так же далеко, как и луна на небе, и многие не восприняли эти вести всерьёз.

Но ... июль 1897-го года перевернул всё. До города дошли и распространились с необычайной быстротой слухи о том, что из Аляски вышли два набитых золотом парохода. Причём сообщалось, что один из них пришвартуется в Сан-Франциско, а другой буквально на днях должен прибыть в Сиэтл.

Поэтому, когда пароход «Портленд» причаливал к берегу, в порту Сиэтла его ожидали пять тысяч человек, желающих хотя бы мельком взглянуть на несметные богатства. Некоронованные короли Клондайка везли с собой на борту более двух тонн золота. Золотым песком и самородками были набиты всевозможные ёмкости – чемоданы, банки из-под кофе, деревянные ящики. Поклажа порой была настолько тяжёлой, что приходилось нанимать носильщиков.

Столь впечатляющее зрелище внезапного богатства поразило всех. Идея поехать на Клондайк засела в умах каждого. В то же утро на улицах Сиэтла началось настоящее столпотворение. Отцы бросали своих детей, клерки закрывали конторы и офисы, полицейские срывали свои погоны. Даже мэр города подал в отставку, чтобы податься на прииски! Город сошёл с ума, и главным лозунгом тех дней стал призыв «Вперёд к Клондайку!».

Однако при более трезвом рассмотрении стало ясно, что предстоящий путь не только чрезвычайно тяжёл, но и дорогостоящий. Ведь для того, чтобы попасть на Клондайк, нужно было вначале проплыть тысячу миль на север вдоль тихоокеанского побережья до поселения Скэгвей. Затем надо было перейти через труднейшие перевалы, после чего проплыть ещё пятьсот миль по коварной горной реке Юкон. Только так можно было достичь города Доусон – ближайшего к приискам населённого пункта. Ко всему надо было учесть тот факт, что для каждого жаждующего попасть на Клондайк канадское правительство установило требование ввозить с собой запасы провизии и обмундирования на целый год. Всё это значило, что по самым скромным подсчётам каждый должен был потратить от 500 до 1000 долларов, что в наше время приравнивается к сумме от 10 до 20 тысяч долларов. В условиях экономической депрессии тех лет это была колоссальная сумма. Но, несмотря на все эти препятствия, тысячи людей все же решились отправиться в путь.

Многие стали задумываться о том, где лучше всего приобрести необходимые для этого путешествия снаряжение, провизию и средства передвижения. Города Портленд, Ванкувер, Такома и Сиэтл наперебой стали предлагать себя как наилучшее место для закупок. Соперничество между этими городами всегда было напряжённым, но с наступлением золотой лихорадки началась настоящая война. На карту были поставлены миллионы долларов, поэтому каждый из городов пытался превзойти друг друга в захвате столь ценного рынка. Сиэтл был в наиболее выгодном положении, похваляясь тем, что у него четыре транс-континентальные железнодорожные линии, морской флот, выход в океан и прямой доступ к Аляске.

Для организации более успешной агитации масс и убеждения их делать расходы на снаряжение именно в Сиэтле Торговой палатой города была создана комиссия под названием «Информационное бюро». Она ежемесячно тратила тысячи долларов на рекламу привлекательности имиджа Клондайка с одной стороны и преимущества закупок в Сиэтле с другой. Не только в США, но и по всему миру Сиэтл в пять раз превзошел своих соперников по объему и уровню рекламной кампании. Усилия Торговой палаты были настолько убедительными, что вскоре в город хлынул настоящий поток золотоискателей. Сиэтл с этого момента самопровозгласил себя воротами Клондайка.

Добираясь сюда поездом, на лошадях, на велосипеде или пешком, старатели наводняли Сиэтл в поисках транспорта, провианта и снаряжения. Запасы любых товаров, имеющих хоть какое-то отношение к золотой лихорадке, начали быстро истощаться. Нехватка морских судов привела к десятикратному удорожанию стоимости билетов. Доселе простаивающие судостроительные верфи в скором порядке возобновили работу и стали готовить имеющийся флот для путешествия на Аляску. Всё, что могло плавать, было отремонтировано и пущено в эксплуатацию: от шикарных яхт до протекающих угольных барж.

Увеличилось число самодельных бараков и наспех сколоченных домиков, так как гостиницы уже не вмещали такого наплыва приезжих. День и ночь тысячи транзитных путешественников рыскали по улицам города в поисках еды, одежды и приспособлений для предстоящей дороги на Клондайк. Улицы Сиэтла превратились в открытые рынки с наваленными вдоль тротуара кучами товаров высотой по два-три метра.

Список предлагаемого был нескончаем. Поставщики быстро раскусили, что любые продукты или утварь, имеющие в своём названии магическое слово «Клондайк», раскупаются мгновенно. Сгущённое молоко «Клондайк», пиво «Клондайк», одежда «Клондайк», воздухонагреватель «Клондайк» и даже медицинская аптечка «Клондайк».

В обстановке всеобщего ажиотажа, когда казалось, что доверчивые искатели золота купят всё, что угодно, нашлось немало нечистоплотных, беспардонных и ловких на руку торговцев. Эти пройдохи пытались всучить старателям массу бесполезных, никуда негодных вещей и конструкций типа паровых саней, автоматических весов для взвешивания золота, велосипедов для езды по льду. Апофеозом такого вселенского обмана стала сделка по продаже партии сусликов, якобы выискивающих под землёй золотые самородки.

Предлагался широкий выбор вьючных животных от северных оленей до козлов, но цены на них были заоблачно высокими. Гораздо дешевле было купить собачью упряжку. Эти собаки северных пород были приспособлены не только тянуть за собой тяжёлые грузы, но и противостоять суровым арктическим морозам. Повышенный спрос на собачьи упряжки привел к таинственному исчезновению домашних собак по всему городу. Это заставило хозяев держать своих питомцев под крепким замком, чтобы уберечь от рыщущих повсюду воров.

К тому же, купив целую стаю, состоящую зачастую из жалкого сброда собак разных пород, старатель обнаруживал, что передвижение на такой упряжке требует еще и специальной сноровки. И в Сиэтле довольно обычным и забавным для других зрелищем стали тренировки практикующихся прямо на улицах людей и собак.

Весной 1898-го года продолжающееся преуспевание города подкрепилось открытием государственной пробирной лаборатории. До этого Сиэтл беспомощно наблюдал, как клондайское золото более чем на 6 миллионов долларов протекло мимо города для переработки в Сан-Франциско. С открытием пробирной лаборатории в Сиэтле возвращавшиеся промыслов старатели стали предпочитать обналичивать своё золото прямо здесь и инвестировать средства в местные предприятия. Только в течение следующего года в город благодаря этому поступило около 16-ти миллионов долларов.

В ожидании необходимого снаряжения и транспорта у бездомных и одиноких мужчин была уйма времени для увеселений. Когда золотая лихорадка достигла своего размаха, особенно расцвела та часть города, которая называется в наши дни площадью Первопроходцев. Этот район, превратившись в центр ночной жизни, как никакой другой, лучше всего справлялся с обязанностями удовлетворения нужд неугомонных искателей! На некоторых улицах каждое третье увеселительное заведение было салоном, где люди, стоящие в три ряда у барных стоек, размахивали пустыми стаканами перед разрывающимися от суеты барменами. Местные игорные дома и казино были открыты круглые сутки. Любое свободное пространство, включая заброшенные подвалы, переделывалось под варьете. Улицы гудели от звуков фортепианной музыки и выкриков мужчин, уходящих в последний загул перед путешествием на Клондайк.

Пролетели годы, город очень сильно изменился и очарование Клондайком уже давно в забытье. Но район площади Первопроходцев до сих пор выглядит почти так же, как и в старые времена. Будучи когда-то пристанищем для питейных салонов, танцевальных клубов и игорных домов, он объявлен ныне историческим кварталом, призванным сберегать прошлое Сиэтла.

Статистика золотой лихорадки впечатляюща. Начиная с 1897 года около ста тысяч человек со всего мира проследовали в Клондайк через Сиэтл. Из этого числа лишь 40 тысяч достигли приисков в Доусон-сити (т.е. четверо из десяти). Половина прибывших в первый же год оставили затею поиска золота, поняв, что приехали слишком поздно для закрепления за собой права на добычу. Из оставшихся 20-ти тысяч только 4 тысячи человек смогли найти золото. И всего триста человек нашли его достаточно много для того, чтобы считаться богатыми. И, наконец, из этих трехсот счастливчиков только 50 смогли сохранить и приумножить добытое богатство в течение последующих лет.

Но трагедия старателей была для Сиэтла сродни счастливому повороту колеса Фортуны. Снабжая и развлекая старателей, город «честно» заработал 100 миллионов долларов, что в наши дни с учетом инфляции приравнивается к двум с половиной миллиардам. Во времена золотой лихорадки в Сиэтле было построено более тысячи новых зданий, а население города увеличилось в три раза: с 81 тысячи в 1900 году до 237 тысяч в 1910-м. Годы золотой лихорадки, обеспечившие город всем необходимым для процветания, признаются одним из самых важных этапов в истории развития города.

В 1979 году Государственная Служба США по Национальным Паркам основала Сиэтловское отделение Национального Исторического Парка Золотой Лихорадки, чтобы помочь нам сохранять в памяти те годы, когда Сиэтл был заворожен очарованием Клондайка.

Присоединяйтесь к экскурсиям по Сиэтлу с компанией Klondike Travel и посетите места, связанные, как с золотой лихорадкой, так и со многими другими историческими событиями нашего замечательного региона.